«Локализация производства электрофильтров в Сибири — наш общий успех»

«Локализация производства электрофильтров в Сибири — наш общий успех»

Глава ООО «АСКИНТЕХ» Александр Коптев в интервью sibgenco.online рассказал об импортозамещении, преимуществах рукавных и электрофильтров, а также перспективах декарбонизации российской энергетики.

— В 2020 году на Красноярской ТЭЦ-1 началась реализация уникального проекта по установке 14 новых электрофильтров. Пять уже построены, три из них запущены в эксплуатацию, еще два должны быть сданы в ближайшее время. В чем уникальность проекта?
— Проект реализуется в условиях непрерывного обеспечения потребителей электроэнергией и теплом. Кроме того, во время строительства станции действовали совершенно другие требования к выбросам в атмосферу, поэтому для монтажа современных фильтров просто не было места. Большие совместные усилия проектировщиков СГК и наших технологов позволили найти техническое решение, которое позволило не только выполнить поставленную задачу по снижению выбросов, но получить унифицированное типовое решение для одиннадцати котлоагрегатов станции. Помимо экологического эффекта, повысится экономичность и надежность всего газоочистного оборудования за счет унификации пула запчастей, обслуживания идентичного оборудования подготовленным персоналом.

— Сложно было наладить локализацию процесса производства электрофильтров в Сибири?
— Локализовать одну из лучших мировых технологий электрогазоочистки позволил почти тридцатилетний опыт работы. Причем локализовать таким образом, что большую долю оборудованию могут изготавливать не специализированные предприятия, а практически любые заводы металлоконструкций, имеющие необходимые уровень качества и культуры производства. Более 70% начинки электрофильтров изготавливается в России.

На Красноярской ТЭЦ-1 большую часть электрофильтра изготавливало предприятие группы СУЭК. Конечно, не всё было гладко, ведь шло освоение нового производства. Были проблемы и с качеством, и с покраской. Высокие требования (а мы несем эксплуатационные гарантии перед конечным заказчиком) налагают большую ответственность. Но факт освоения производства на предприятии, которое никогда раньше не делало электрофильтры, является лучшим доказательством успеха такого подхода.

— Не опасаетесь «заимствования» технологий со стороны конкурентов?
— Не опасаемся, так как мы знаем, что копирование наших чертежей несет имиджевые и финансовые потери. Например, в середине 2000-х годов одна компания полностью скопировала комплект нашей документации и соблазнила заказчика низкой ценой, предлагая точно такой же фильтр, только дешевле. В итоге через год после безуспешных попыток вывести оборудование на нужный режим заказчик обратился к нам за помощью. Стоит ли говорить, что дверь в этот сегмент рынка для компании-плагиатора была закрыта на десятилетие?

— Про электрофильтры ходит много баек. В частности, некоторые граждане уверены, что «чёрное небо» появляется тогда, когда негодяи на ТЭЦ из жадности отключают очистное оборудование. Прокомментируйте, пожалуйста, можно ли чисто технически исключить электрофильтры из технологического процесса?
— Конечно, нельзя. Действующие регламенты запрещают эксплуатацию котельного оборудования с отключенными электрофильтрами. Никаких байпасов, направляющих дымовые газы в обход электрофильтров, просто не существует. В этом можно убедиться, посмотрев на спутниковые снимки станции. Другое дело, что при пуске котла из холодного состояния возможны кратковременные режимы, когда может быть виден черный дым из трубы. Но валовый выброс в эти периоды настолько мал, что за пределы станции зола вообще не попадает, не говоря уже о «чёрном небе». Кроме того, сжигаемый на станции уголь относится к малозольным, а зола имеет светло-серый цвет. Даже если бы не было фильтров, «чёрного неба» вы бы не увидели. К сожалению, у нас слишком мало уделяется внимания общеобразовательному просвещению, отсюда и байки. Иногда журналисты добавляют масла в огонь некомпетентными рассуждениями. Всем памятны мрачные фотографии градирен, приводимые для иллюстрации страшных выбросов, хотя над градирнями — чистейшие пары дистиллированной воды. Также и над трубами даже при абсолютной очистке газов, особенно в зимнее время, будут подниматься клубы «дыма» из сконденсировавшегося водяного пара.

— В России последовательно были реализованы сразу нескольких федеральных программ модернизации генерирующих объектов. Они оживили рынок очистного оборудования? Насколько велика конкуренция в этом сегменте?
— В настоящее время, к сожалению, сохраняется большая неразбериха с применяемыми нормативами. Например, справочник по наилучшим доступным технологиям (НДТ) от декабря 2015 года устанавливает такие нормативы выбросов, что 95% промышленных предприятий могут обойтись без инвестиций в экологическое оборудование. При этом действующий ГОСТ на котельные установки требует существенно меньших выбросов, чем установлено в справочнике НДТ.

Однако некоторое оживление на рынке имеет место. В основном благодаря программам модернизации генерирующих объектов и социальной ответственности генерации, примером которой может служить СГК.

Из серьезных игроков на рынке промышленной газоочистки (а под этим я понимаю очистку больших объемов уходящих газов от единичного источника выбросов), помимо нас, представлены две-три российские компании и одна-две зарубежные. Конкуренция в этом сегменте весьма жесткая, так как спрос на экологическое оборудование в СНГ очень не высок. Компании практически выживают, и перспектив серьезного изменения ситуации в ближайшее время в России я не вижу.

— Сколько проектов по установке электрофильтров реализуется в настоящее время в нашей стране?
— Давайте сузим тему и будем говорить только об энергетике? Промышленный сегмент крайне фрагментарный, и в основном там занимаются модернизациями и ремонтами, так как плановый цикл замены электрофильтров закончился 5–7 лет назад, и в настоящее время имеются только отдельные проекты. В российской энергетике (а мы, конечно, подразумеваем угольную) есть всего пять компаний, которые в той или иной степени внедряют экологическое оборудование: ИнтерРАО (ТГК-11), угольная генерация «Газпром энергохолдинга», СГК, Байкальская генерация (Иркутскэнерго) и электростанции Русгидро на Дальнем Востоке. Из них только последние три занимаются установкой электрофильтров. Так что в среднем мы имеем два-три проекта в год на всем рынке РФ. Под этим я понимаю договор на поставку одного или нескольких электрофильтров для отдельной станции.

Все проекты можно разделить на три категории. Первая — это ремонты. Однако наше оборудование работает долго, поэтому поставка запасных частей занимает менее 1% от среднегодового оборота. Вторая — это апгрейды, замена внутреннего оборудования или внесение улучшений в его конструкцию. В этом сегменте у нас есть хороший опыт малозатратной модернизации электрофильтров других поставщиков. И наконец, третья категория — это полная замена в габаритах существующей ячейки или новое строительство. В этом сегменте, особенно при габаритных ограничениях и требованиях достижения низких остаточных концентраций, нам нет равных на российском рынке.

У нашей команды имеется опыт реализации успешных международных проектов в Чехии и Индонезии. Например, в Индонезии мы выиграли конкурс у европейцев с огромным опытом поставок аналогичного оборудования.

— Недавно в контур СГК попал новый актив — Рефтинская ГРЭС, где установлены три рукавных фильтра. Объясните, чем «рукава» лучше/хуже электрофильтров и почему они не получили массового распространения?
— Начнем с того, что два из трех фильтров были поставлены нашей командой еще в составе ALSTOM. Это первый успешный пример использования рукавных фильтров в российской энергетике. Причем уровень локализации был более 50%.

Рукавные фильтры нашли широкое применение в энергетике за рубежом, преимущественно в составе систем сероочистки. Они обеспечивают достижение остаточных концентраций на уровне 10–20 мг/нм3. При этом электрофильтры имеют экономические преимущества перед рукавными фильтрами при менее жестких требованиях достижения 30–50 мг/нм3.

Рукавные фильтры проще в эксплуатации, но требуют большего внимания оператора котлоагрегата. Также раз в четыре года необходима замена рукавов. Зато для правильно спроектированного рукавного фильтра остаточная концентрация практически не зависит от свойств улавливаемой пыли и колебания параметров дымовых газов. Электрофильтр, напротив, требует более квалифицированного обслуживающего персонала, но менее чувствителен к проблемам котлоагрегата. А вот от свойств золы, расходов и температуры, влажности и других параметров дымовых газов остаточная концентрация сильно зависит.

На Рефтинской ГРЭС сжигается экибастузский уголь, зола которого крайне абразивна и имеет высокое удельное электрическое сопротивление. Такая зола плохо улавливается в электрофильтрах. Возьмем для примера электрофильтры Красноярской ТЭЦ-1, где зола имеет благоприятные свойства и достаточно трех электрополей аппарата, чтобы достичь остаточной концентрации менее 50 мг/нм3. Чтобы добиться аналогичного результата на Рефтинской ГРЭС необходимо строить 8–10 электрополей в каждом электрофильтре. Для этого просто нет места.

Рукавный же фильтр размещается в ячейки старого четырехпольного электрофильтра и обеспечивает менее 50 мг/нм3 все 7 лет эксплуатации. Поэтому нельзя сказать однозначно, что лучше, «рукава» или электрофильтры. Это всегда выбор, на который влияет много факторов. Поскольку мечтой большинства угольных электростанций является достижение 50 мг/нм3, в подавляющем количестве случаев преимущество будет у электрофильтра. Но вот для Рефтинской ГРЭС или Омской генерации (ТГК-11) альтернативы рукавному фильтру просто нет.

— А санкции повлияли на развитие технологий электрогазоочистки?
— Электрогазоочистка и электрофильтры относятся к зрелым технологиям и продуктам. Это означает, что практически всё, что можно было выжать из этой технологии, уже реализовано. Развитие электрофильтров в настоящее время направлено на максимальное совершенствование технологии изготовления, монтажа, ремонтов, снижение металлоемкости, повышение долговечности и снижение цены. Санкции практически не затронули эту сферу бизнеса. А импортозамещение диктуется не столько политикой, сколько экономической целесообразностью.

— Этой осенью в Москве прошла очередная Российская энергетическая неделя, в ходе которой первое лицо объявило курс на декарбонизацию. Существуют ли сегодня в России какие-то разработки по улавливанию углерода?
— Технически улавливать углерод, а именно об этом идет речь, сравнительно не сложно, и подобные технологии используются в нефтехимической промышленности для получения CO2. Когда речь заходит о применении таких технологий в угольной генерации, то все экологические активисты как-то забывают, что улавливание, а главное, складирование диоксида углерода является крайне энергоемким процессом. Например, дополнительные энергозатраты для котлоагрегата приведут к снижению КПД энергоблока на 15–20%. При среднем КПД производства тепловой энергии менее 40% полное улавливание СО2 означает строительство дополнительных мощностей равных существующим. Вы представляете, какой непоправимый ущерб окружающей среде это нанесет? Поэтому я думаю, что первые установки улавливания СО2 в России могут появиться на небольших утилизационных установках, но никак не в большой энергетике.

https://sibgenco.online

19:05
205
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Продолжая использовать данный сайт, вы принимаете условия Пользовательского соглашения, Политики конфиденциальности и даете свое полное согласие на сбор и обработку и распространение персональных данных и файлов cookies. Если вы не согласны с данными условиями вы обязаны покинуть сайт.
  • © In-power.ru 2006-2021 info@in-power.ru Информация о сайте Инструкция по работе с сайтом Обнаружив в тексте ошибку - выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Яндекс.Метрика